Невеста пепла

Я должна сгореть, чтобы выжить, но улыбалась, когда Берский целовал мне руку. Он говорил о любви, а у меня на зубах скрипел пепел матери. Его пальцы были тёплыми. Почти горячими. Он думал, я забыла, как он держал её когда она рассыпалась пеплом в его руках. Князь завтра объявит о заручинах и отдаст меня ему. Он не смог принять огонь матери, но пришёл за моим. Все верят, что дар проснётся через месяц. Все, кроме меня. Я стояла перед зеркалом и смотрела на ожог у сердца. Огонь уже пробудился. — Ты не сгоришь, как она, — шептал он, убирая с моего лба прядь волос. А я уже горела. Для кого? Для Берского, который хочет не меня, а снять проклятие с рода. Для Воеводы Ярина, который обещал защитить, но охотился лишь за огнём. А голос матери твердит в голове: «Истинный не тот кто владеет, а тот кто сгорит с тобой». Месяц до прорыва? Нет. Кто из них сгорит со мною заживо?