Дороже всего на свете

Это моя дочь Мия. Будешь за ней ухаживать. Как за своей. Дамианис оставляет люльку с младенцем на диване и идет к бару. — В смысле? — Мельком оглядываю спящую девочку, не веря, что она настоящая. Такая крошка. На куклу похожа. — Что непонятного я сказал? — От интонаций Леона веет арктическим холодом. Все! Все непонятно! И особенно — как я могла полюбить это бездушное чудовище. Мало того, что Дамианис однажды купил меня как какую-то вещь, так теперь еще принес своего ребенка от другой женщины и требует о нем заботиться.